Алекс Керви. Предисловие к книге "Джанки. Исповедь наркомана"
Предисловие к книге "Джанки. Исповедь неисправимого наркомана" После публикации в России романа "Naked Lunch" (в русском переводе "Голый Завтрак"; издательство "Глагол") имя Уильяма Берроуза перестало быть загадкой для отечественного читателя. Один из самых скандальных писателей нашего времени - Уильям Сьюард стал рок-н-роллом задолго до того, как был придуман сам рок-н-ролл. Классик "Разбитого Поколения", шутя, он разломал структуру классического романа, указав выход многим молодым писателям, тоже ставшим, в свою очередь культовыми (Ирвин Уэлш, "Каледонский Берроуз" и его "Trainspotting" - самый свежий тому пример). Его считают одним из духовных отцов нынешнего поколения, как считали его своим и панки, и замороченные интеллектуалы шестидесятых. По его сценариям снято не меньше десятка экспериментальных фильмов, и еще в нескольких он появлялся как актер (вспомните священника в "Аптечном Ковбое" режиссера Гаса Ван Занта - фильм шел в русском прокате). Список музыкантов, с которыми Берроуз когда-либо пересекался или сотрудничал, выглядит более чем внушительно: Том Уэйтс и Фрэнк Заппа, Пол Маккартни и Мик Джаггер, Дженезис Пи Орридж и Питер Кристоферсон, Лу Рид и Лори Андерсон, Патти Смит, Курт Кобейн. "Джанки" - первая послевоенная литературная бомба, с успехом рванувшая под зданием официальной культуры "эпохи непримиримой борьбы с наркотиками". Этот один из самых оригинальных нарко-репортажей из-за понятности текста до сих пор остается самым читаемым произведением Берроуза. Политикам и законодателям впервые после принятия в 1914 году закона Харрисона "О наркотиках" (когда тысячи граждан США - "от честных китайцев-работяг до престарелых дам, страдающих артритом, джентльменов, измученных подагрой и невралгией" - поставили вне закона) было без обиняков сказано: "Mind your own business!" Чисто юридически "Наркотическая Эра" существует всего восемьдесят лет, она "не имеет корней в культурных традициях и духовном опыте различных народов, посягает на индивидуальную Свободу Выбора". "Мой совет молодым" - писал Берроуз: "ПРОСТО СКАЖИТЕ НЕТ НАРКОИСТЕРИИ!" Впервые повесть была опубликована в 1953 году (издательство Ace Books) с многочисленными купюрами под псевдонимом Уильям Ли. Берроуз писал ее в Мехико, а главы пересылал по почте поэту Аллену Гинзбергу, успешно игравшему, по его словам, роль "секретного литературного агента". Издатель Карл Соломон, чрезвычайно опасаясь цензоров и судебных преследований из-за публикации "Джанки", попросил Берроуза написать нормальное введение, где бы говорилось, что он, на самом деле, выпускник университета из добропорядочной и богатой семьи. Этим он рассчитывал смягчить общественное мнение, добавив к "Прологу" свое предисловие, специально выдержанное в духе "в семье не без урода". Кроме того "Джанки" был разбавлен противной стороной - автобиографией детектива Мориса Хэлбранта "Нарко-агент". Шаг себя оправдал - сто тысяч экземпляров книги, несмотря на всю скользкость темы, были проданы только за первый год. После "Исповеди опиомана", биографической книги одного из крупнейших английских поэтов XIX века Томаса Де Куинси, "Джанки" стал вторым важнейшим художественно-публицистическим "Отчетом о проделанной работе". Поэтичный стиль Де Куинси, характерный для своего времени, сменила грубая конкретика века двадцатого. Берроуз издевательски лаконичен и честен в своих описаниях, не отвлекаясь на теории наркоэнтузиастов. Героиноман, по его мнению, просто крайний пример всеобщей схемы человеческого поведения. Одержимость "джанком", которая не может быть удовлетворена сама по себе, требует от человека отношения к другим как к жертвам своей необходимости. Точно также человек может пристраститься к власти или сексу. "Героин - это ключ", - писал Берроуз, - "прототип жизни. Если кто-либо окончательно понял героин, он узнал бы несколько секретов жизни, несколько окончательных ответов". Многие упрекают Берроуза в пропаганде наркотиков, но ни в одной из своих книг он не воспевал жизнь наркомана. Напротив, она показана им печальной, застывшей и бессмысленной. Берроуз - человек, который видел Ад и представил документальные доказательства его существования. Он - первый правдивый писатель электронного века, его проза отражает все ужасы современного общества потребления, ставшего навязчивым кошмаром, уродливые плоды законотворчества политиков, пожирающих самих себя. Его книга представляет всю кухню, бытовуху и язык тогдашних наркоманов, которые ничем не отличаются от нынешних, так что в своем роде ее можно рассматривать как пособие, расставляющее все точки над "И", и повод для размышления, прежде чем Выбрать:
Алекс Керви. Лондон. 1995.
Тем временем:
... Мы - это люди, умеющие видеть, в отличие от тех, что проходят мимо всего с открытыми, но не зрячими глазами, мы относимся к числу подлинных созерцателей, людей, ни во что не вмешивающихся, ничего не коллекционирующих, даже ничего не фотографирующих, но умеющих различить сто разновидностей бабочек, птиц, зверьков, заметить, как козочка прячет от них свою рыжину, а уж проглатывает медяницу, как красноголовый дятел выстукивает мелодию своей брачной ночи на краю дупла, найденного им для своей самки. - Сейчас направо, возле торфяника? Верный своему принципу - говорю в лесу как можно меньше, ибо рот - враг глазу, я отвечаю лишь прищелкиванием языка - да. Мы продвигаемся вперед, раздвигая ветви, стараясь, чтобы ни одна травинка не хрустнула, обходя лужи так, чтобы не вытаскивать с хлюпаньем ноги из грязи. Огибаем торфяник, теперь предстоит пройти через Малую Верзу, отводной канал, окаймленный перепутавшимися корнями, полный грязной воды и кишащий головастиками. Мостиком служит срубленное наискосок дерево, пройти его можно лишь сев на него верхом. Однако наше путешествие близится к завершению. Цам остается всего-навсего преодолеть полосу кустарника, который служит последним оплотом Болотища. А флейта - все ближе, все отчетливее, все настойчивей, теперь она завела, - и надо сказать, очень чисто, - другую знакомую мелодию, так что Клер прошептала: - Что это? - Это песня птицы из "Пети и волка", - сказал Леонар и тут же добавил: - У нас такая пластинка. Говоря "у нас", он имеет в виду наш дом, предпочитая его своему. Это заслуживает того, чтобы я потрепал его по шевелюре. Однако Клер останавливается, поднимает палец: - Эй, погляди налево! Не нужно быть индейцем, чтобы читать лес...
Берроуз, Уильям Сьюард (William Seward Burroughs):
